Самарского десантника в Тульской области искалечили контрактники

Кошмар в двух самарских семьях, Бородиных и Мошковых, начался с ночного звонка на сотовый.

– Срочно приезжай в Тулу,– услышала 21-летняя Юля Мошкова взволнованный голос Вани, сослуживца своего мужа.– Мишу надо спасать, с ним беда. Он в реанимации.

Под ногами у молодой женщины поплыла земля. На сердце уже несколько дней было неспокойно. Обычно Миша звонил, посылал смс-ки, а после 22 апреля от него ни звука. На Мишу, с которым Юля последние три года жила вместе, не похоже: парень он серьезный, ответственный, «домашний». Лишний раз волноваться за себя не даст. Да и последний разговор с Мишей Юле не понравился. Парень рассказал, что в части к нему начали цепляться контрактники.

– Дожить бы до дембеля, – мрачно пошутил он. – А то меня тут уже несколько раз предупредили, что в покое не оставят.

«Отлеживался в больнице? Будешь получать!»

В армию 22-летний Михаил Бородин пошел добровольно. Специально взял академический отпуск (он работал в речпорту и ходил на курсы, повышал квалификацию речника , - прим.авт.), чтобы отслужить год и строить планы на будущее. Когда пришел на комиссию, в военкомате удивились: откуда, мол, ты вообще взялся, у нас тебя в списках не было. Известие о том, что парень будет служить в десантных войсках, друзей и родных обрадовало. Десантура – это же военная элита! Парень попал в воинскую часть 33842, в десантную разведроту, что находится в Горелках в Туле. Первое время служба Мише нравилась. Правда, вскоре он попал в госпиталь: из-за больших нагрузок начали болеть ноги. Подлечил ноги, тут же слег с простудой. В общем, 20 дней безвылазно провалялся в больнице. А когда вернулся, заметил, что отношение к нему изменилось.

– Контрактники обозлились на него за госпиталь,– говорит Юля.– Сказали, отлеживался в больнице? Будешь получать!

Как позже рассказали Юле сослуживцы, в ночь на 22 апреля троих солдат-срочников несколько часов «прессовали» контрактники. Почему они жили в одном помещении со срочниками, девушка не знает.

– Эти нелюди вошли в комнату, где жили трое ребят-срочников, и заставляли их есть печенье с гуталином,– говорит девушка. – А кто сопротивлялся – били. У Вани, парня из Сергиевского района, все лицо наутро отекло от побоев. Потом заставили надеть бронежилеты и отжиматься. У Миши еще побаливали ноги, и он упирался коленями в пол. Эти садисты били его за каждое касание по голове кулаками и ногами.

Военное начальство просило родных не поднимать шум

После избиения Михаил оставался в части 3 суток. В реанимацию парня увезли, только когда у него начались судороги, как у эпилептика.

После страшного звонка от Вани Юля позвонила Мишиным друзьям.

– Срочно поезжай в Тулу! – посоветовали они. – Бей во все колокола, поднимай СМИ. Иначе военные свалят все на него, скажут, упал с кровати.

Юля с Мишиными родителями примчались в Тулу на машине 1 мая. Миша все еще находился в реанимации. Врачи сказали, что до больницы парень был в коме около 6 суток. Таков возраст самой страшной гематомы на черепе солдата. Выходит, в части решили, что разбитая голова – не повод для срочной госпитализации?!

– После того как подробности расправы появились в Интернете, к Мише в больницу пришли какие-то полковники, – говорит Юля. – Они поинтересовались, как его самочувствие и просили не поднимать шум. Мы спросили, как вышло, что солдат в коме, а родителям об этом никто не сообщил, получили ответ: «Да, тут мы недосмотрели».

Сейчас самарец чувствует себя лучше. Ему сделали снимок головы, результаты обследования Юля обещала нам сообщить. Следственный отдел возбудил уголовное дело по статье 286 части 3 части А в отношении конкретного лица. Ведь Михаил и два других солдата-срочника точно знают, кто их бил. Если вина садиста будет доказана, ему грозит до 10 лет лишения свободы. В военной прокуратуре девушке сказали, что возбуждено уголовное дело в отношения контрактника по фамилии Рожков. Юля выяснила, что он раньше служил в милиции.

Теперь близких Михаила ждут суды и усиленное лечение любимого сына, мужа и зятя. О свадьбе, которую Юля и Миша планировали сыграть этой осенью, пока придется забыть. Будет ли служить дальше парень, тоже неизвестно. Он пробыл в армии 4 месяца.